Вот спрашивают меня студенты – а как США будут расплачиваться с долгами? Отвечаю – а никак. А как это? – удивляются они. А вот так. Для сомневающихся – расскажу поучительную историю, произошедшую не так уж и давно – каких-то триста лет тому назад.

Война – дело дорогое, особенно если это, по факту, мировая война за господство на море. Именно такой и была для Великобритании Война за испанское наследство.

В результате тяжёлых и крайне дорогостоящих боевых действий, к 1710 году Великобритания стояла на пороге банкротства. Её долги составляли 50 миллионов фунтов стерлингов, в то время как годовой бюджет не превышал 4 миллионов – т.е. для расплаты с долгами (без учёта капающих процентов) надо было не тратить денег из бюджета 12 с половиной лет, а если вспомнить о процентах – то и все 18-20.



Как же Туманный Альбион справился с таким долговым бременем? А очень просто.

Шаг первый. В 1713 году англичане настояли, чтобы в Утрехтский мир, завершавший Войну за испанское наследство, был включён пункт об «асьенто» — разрешении на ввоз чернокожих рабов на территорию испанской Америки — для Англии. Откровенно говоря, это право, полученное на 30 лет, не было способом озолотить страну – англичане всего лишь получали право на заход одного торгового судна в год на ярмарку в Порто-Белло на тихоокеанском побережье Панамы. Ежегодная квота на ввоз рабов составляла 4800 мужчин.

Шаг второй. Право асьенты было передано частной компании – «Компании Южных морей» — которая, взамен, брала на себя ответственность по срочным или уже просроченным долгам правительства на сумму 10 миллионов фунтов стерлингов. Правительство, в свою очередь, должно было выплачивать компании шесть процентов годовых — итого 600 тысяч фунтов в год.

Шаг третий – «Компания Южных морей» выпускает акции, обеспеченные ее соглашением с правительством. Реклама, неофициальные заверения потенциальных акционеров в том, что компания зарабатывает безумные деньги на контрабанде в испанские колонии, взятки чиновникам – и курс акций стремится вверх, новые и новые вкладчики спешат поучаствовать в высокодоходном бизнесе.

Шаг четвёртый. Полученные от новых акционеров деньги идут на выплату процентов акционерам, которые успели купить акции раньше (вот она – финансовая пирамида!). К 1720 году спрос на акции Компании Южных морей взлетел до невероятного уровня в результате того, что компания выдвинула предложение взять на себя национальный долг, а парламент принял его. При этом председатель правления сэр Джон Блант развернул мощную рекламную компанию. Лондон наполнился самыми фантастическими слухами о грядущем процветании компании. Говорили о готовящемся соглашении о свободной торговле с испанскими колониями, о том, что компания получает концессию на разработку серебряных копий Потоси в Боливии — самого богатого месторождения мира, о привилегии на торговлю кошенилью, даже — о собственной чеканке денег в испанской Америке.

В результате дневной объем подписки на акции компании составил 1,5 млн. фунтов стерлингов. 100-фунтовая акция, стоившая в январе 128 фунтов, в феврале продавалась за 175 фунтов, в марте — за 330 фунтов, в конце мая — за 550 фунтов, а к августу 1720 года цена акций поднялась до 1000 фунтов стерлингов! В тот момент суммарная стоимость акций при цене, по которой они переходили из рук в руки, приблизилась к 500 млн. фунтов стерлингов, что в пять раз превышало стоимость всей европейской наличности.

Шаг пятый – Компания Южных морей выкупает долги Великобритании, ркасплачиваясь… собственными акциями по рыночному курсу! Теперь кредиторы Лондона могут предъявлять претензии не к государству, которое никуда не денется, а к частной компании, которая сегодня есть, а завтра – кто знает?

Шаг шестой – осенью 1720 года наконец-то появились сомнения в том, что за Компанией Южных морей стоит хоть что-то. Скептики обнаружили, что за время своей деятельности компания доставила в Новый Свет около 30 тысяч рабов, при этом четверть доходов от работорговли поступала на цивильный лист королевы — эти средства шли на содержание двора. Учитывая порядок цен на рабов, исчислявшихся максимум десятками фунтов за человека, прибыль от асьенто вряд ли дотягивала хотя-бы до миллиона фунтов. В результате в сентябре 1720 года цена акций упала до 150 фунтов за штуку, после чего толпы народа кинулись к отделениям компании обменивать свои акции на деньги. К октябрю компания обанкротилась.

В декабре началось расследование. Вот тут-то и выяснилось, что казначей компании Найт бежал во Францию вместе с бухгалтерскими книгами, директора компании не совершили по тогдашним законам никакого уголовного преступления, а председатель правления компании сэр Джон Блант отказался свидетельствовать против самого себя и членов кабинета.
В результате уголовному наказанию подвергся только канцлер Казначейства Джон Айлэби — он был признан виновным в коррупции и заточен в Тауэр. Трое директоров умерли, не дождавшись вердикта. Остальные отделались почти полной конфискацией имущества (ха три раза – ну конечно, они себе ничего на чёрный день не оставили!).

То есть – были назначены виновные, большая часть которых, впрочем, особо и не пострадала.

Шаг седьмой – в связи с банкротством Компании Южных морей все её акционеры (в том числе и те, кто обменял на акции компании долговые обязательства Великобритании) могли кусать локти и жаловаться, например, в Небесную Канцелярию. Денег они, разумеется, уже никогда не получили. Даже несмотря на то, что компания просуществовала до 1850 года.

При этом вместе с Компанией Южных морей исчез и внешний долг Англии, который к 1721 году составлял не более полумиллиона фунтов, то есть сократился за 11 лет в 100 (сто) раз. Британия была спасена.

(с) ametist_o